Присоединяйся

Регистрация

СТАТЬИ


09 декабря 2010

Judge Jules. Рейвы, экстази и пиратский KISS FM

Джадж Джулс (Judge Jules), рейвер со стажем, диджей BBC Radio 1 и промоутер вечеринок Judgement Sundays в клубе «Eden» на Ибице. Он причастен, наверное, ко всем культовым клубным брендам Туманного Альбиона, от Godskitchen и Gatecrasher до Cream и Passion, и является одним из немногих артистов, кому довелось стать участником всех десяти фестивалей Global Gathering. Перед выступлением на Open Gate Night в Санкт-Петербурге журналисту DJ.ru удалось связаться с Джаджем по телефону и расспросить об истории возникновения рейва, пиратских радиостанциях и пикантных подробностях его личной жизни.

Джадж, привет. Ты начинал сводить пластинки в далёком 1984 году, играл на территории сквотов и заброшенных фабрик, когда рейв-движение только-только зарождалось. Можешь провести параллели с нынешними временами? Рейв жив или канул в лету?
Привет. С полной уверенностью я могу говорить лишь о том, что происходило в те годы в Великобритании и США. Рейвы возникли тогда как культурный протест мейнстриму, массовой культуре. Практически все они проходили по двум причинам: первая – такая музыка больше нигде не звучала, вторая – клубы закрывались намного раньше, чем сейчас, а людям хотелось продолжения веселья. Это сегодня время работы ночных заведений увеличилось, а электронная музыка транслируется через множество каналов, от радиостанций до интернета. Но рейвы до сих пор проводятся, пусть и не так часто, как 20 лет назад. Сегодня на них ходят люди, которым надоело низкое качество массового музыкального продукта, надоело слепо следовать за толпой. Им некуда податься, они привыкли думать самостоятельно и идти своим собственным путём. Поэтому рейвы в наше время по-прежнему являются альтернативой мейнстриму.

Вышло достаточно много книг и фильмов, которые связывают популярность электронной танцевальной музыки с бумом экстази в 90-х годах. Видишь ли ты эту связь?
Я не считаю, что существует прямая зависимость между электронной танцевальной музыкой и экстази. Просто эти два явления получили широкое распространение в одно и то же время. Когда чикагские и детройтские продюсеры в середине 80-х годов открыли для себя первые аналоговые синтезаторы и начали экспериментировать с техно и хаусом, они даже не подозревали, что в будущем таблетки станут популярными среди представителей этой культуры. Поэтому я как диджей и продюсер не люблю ставить экстази и музыку во взаимозависимость – это совершенно два разных явления, оказавшие значительное влияние на общество.

В начале своей карьеры ты не пользовался такой обширной поддержкой радио, а интернетом ещё даже не пахло. Как думаешь, изменилось ли отношение людей к музыке с приходом новых медиа? Она обесценилась?
Музыка никогда не потеряет свою ценность, потому что связана с эмоциями, с историей, которую переживает человечество. Личные предпочтения могут меняться из года в год, но с нами навсегда останутся песни, которые сыграли в нашей жизни важную роль. Дело в другом. У большинства людей на планете сегодня есть доступ к любой информации и безграничные возможности для реализации. Если раньше многие музыканты и продюсеры не могли себе позволить издать плоды своего творчества на виниле или других физических носителях, то сегодня ситуация изменилась. Выходит куча разнообразной музыки, каждый может опубликовать свой собственный плейлист, что даёт возможность выделиться среди других, стать уникальным.

Но, с другой стороны, появилось много некачественной музыки…
Верно, сегодня 99 из 100 треков остаются в неведении, и лишь один становится хитом. Если сегодня ты не выпускаешь по одному треку в неделю, то становишься невостребованным. Каждый месяц выходят сотни релизов. Десять лет назад такое сложно было даже представить. Слава богу, есть такой инструмент как радио, значимость которого с течением времени не изменилась. С его помощью можно хоть как-то следить за выходом качественного материала.

И как же тогда диджей сегодня может выделиться среди других?
Он должен уметь всё – писать музыку с собственным уникальным звучанием, уметь устроить шоу за вертушками, вести радиопрограмму. Но чтобы стать по-настоящему хорошим артистом, одних технических знаний недостаточно. Нужен талант, музыкальная магия, воображение – они сегодня куда важнее, чем умение копаться в железках.

Есть ли у современных диджеев и продюсеров привязанность к технологиям? Ведь если по пути в клуб ты потеряешь флэшку, или у тебя сломается ноутбук, то твоё выступление сорвётся.
Что касается лично меня, то я по-прежнему играю с компакт-дисков. Когда ты часто путешествуешь, весьма проблематично использовать программное обеспечение, поскольку звукорежиссёры в клубах зачастую не знают, как подключить незнакомое им оборудование, неправильно его подсоединяют, или просто каких-то проводков не хватает. Если ты играешь на крупных фестивалях типа Global Gathering, то буквально за пару минут до своего выступления должен успеть подключить всё своё оборудование и при этом не навредить диджею, играющему до тебя. Поэтому большинство диджеев, которые путешествуют и играют на крупных мероприятиях, стараются не пользоваться ноутбуком. Чаще всего с него играют постоянные резиденты каких-нибудь клубов, которым не нужно беспокоиться о постоянном переподключении оборудования. Что касается продюсеров, то здесь, конечно, технологии далеко шагнули вперёд. Когда 15 лет назад я делал свою студию, то потратил на её оснащение не одну тысячу фунтов. Это даже по нынешним меркам огромные деньги! А сегодня ты просто можешь скачать плагины на свой ноутбук и заплатить за них всего лишь пару сотен фунтов.

В 2009 году ты отпраздновал десятилетие вечеринок Judgement Sundays, которые проходят в клубе «Eden» на Ибице. Что ты достиг за эти годы?
Очень многого. Мои вечеринки стали самыми успешными в «Eden», единственном новом клубе на Белом острове за последние 15 лет. Мы добились больших результатов на фоне таких зарекомендованных брендов, как «Pacha», «Amnesia» или «Space». С тех пор клуб изменился до неузнаваемости и буквально из захолустного местечка превратился в одно из самых известных ночных заведений на острове. Но главное достижение – это уникальная атмосфера вечеринок Judgement Sundays, пронизанная британским духом. По энергетике они, кстати, очень похожи на российские.

Твоя карьера была тесно связана с вечеринками The Gallery, проходившими в клубе «Turnmills». Как ты отреагировал на его закрытие в марте 2008 года? Какой вклад он внёс в клубную историю страны?
«Turnmills» – один из немногих британских клубов, который можно было назвать истинно танцевальным. Вечеринки в нём проходили чуть ли не каждый день. Их тематика зависела от промоутеров, которых приглашал клуб. Сегодня тут могла пройти трансовая вечеринка, а завтра – уже поп-дискотека. Значение «Turnmills» для клубной культуры Великобритании огромно. Он стал первым клубом, который рискнул проводить вечеринки до самого утра. Позже на него стали ориентироваться другие ночные заведения. К тому же в нём присутствовала уникальная атмосфера и постоянная движуха, несмотря на тесноту, тёмное освещение и маленькое пространство в диджейке. Очень жаль, что он закрылся.

Ты ведёшь собственную программу на BBC Radio 1 с 1997 года. Неужели сегодня, в эпоху интернета и подкастов, выгодно использовать традиционные способы коммуникации с аудиторией, такие как радио?
BBC Radio 1 обладает самой большой аудиторией молодых слушателей во всём мире – это даёт мне возможность доносить музыку практически до каждого уголка нашей планеты. На мои подкасты подписаны более 300 тысяч человек, количество радиослушателей в разы больше ввиду международного характера радиостанции. Я по-прежнему уверен, что радио – самый важный инструмент диджея в работе со своими поклонниками. С его помощью ты можешь повысить продажи музыки, обратить внимание на новую интересную личность, общаться с публикой. Именно поэтому я стараюсь всегда выходить в прямом эфире, а не включать заранее записанные выпуски. Со слушателями я могу вживую делиться эмоциями, поэтому те же подкасты в этом плане неэффективны, т.к. это «мёртвая» музыка.

Ты начинал вести эфиры на Kiss FM аж с 1987 года, когда ещё она являлась пиратской радиостанцией. Какое влияние они оказали на развитие электронной танцевальной музыки?
Огромное. Обычно они охватывали те музыкальные направления и стили, которые нельзя было услышать на легально вещающих радиостанциях. Пиратские радиостанции до сих пор существуют, и я их периодически слушаю. Это часть моей работы.

А почему тогда в 1990-м году Kiss FM пришлось легализоваться?
Легализация являлась необходимым и неизбежным процессом, нужно было приватизировать радиостанцию, ввести её в легальный оборот и сделать открытой. В те годы политика государства была направлена на достижение контроля за радиобизнесом. Похожую ситуацию можно было наблюдать в России лет 10-20 назад.

Как ты оцениваешь эффективность английского Закона о криминальной юстиции и общественном порядке 1994 года?
Он существенно устарел. Если посмотреть на принцип его действия, то он направлен исключительно на запугивание общества, и если бы власти хотели его реализовать, то давно бы это сделали. Но на практике закон применяется не так часто, так что в теории ситуация выглядит пугающе, но в реальности всё оказалось не так страшно.

В своё время ты засветился в различных телешоу, от «Top Gear» до «Top of the Pops». Поддерживает ли сегодня телевидение электронную музыку так, как это было в 90-е годы?
Сложно телевидению оказывать поддержку электронным музыкантам, когда большинство треков выходит без видеоклипов – это не соответствует общепринятой модели ведения бизнеса. Есть, конечно, исключения среди музыкантов типа Faithless, The Chemical Brothers или Давида Гетты (David Guetta), которые принимают условия игры и снимают клипы, пишут коммерчески востребованную музыку. Но электронная танцевальная музыка в основном является некоммерческой и не подходит под стандарты попсы, поэтому и не находит поддержки у общераспространенных СМИ, к которым, в частности, относится телевидение.

Немного не соглашусь с тобой. В интернете выложена куча видеороликов, снятых специально под электронную танцевальную музыку, но лишь малая толика из них попадает на телеэкран…
Да, но многие из них по формату не подходят. К тому же это лишь видимость. Большинство продюсеров всё же не заморачивается над изготовлением видеороликов к своим трекам.

Всю свою жизнь ты принимал участие в благотворительной деятельности таких фондов и программ, как «Shelter», «Cancer Research» и «Dance4Life». Насколько важна диджею подобная активность?
Участие диджея в благотворительности – это один из способов диалога с молодёжью. Его известность и авторитет помогают донести до неё правильные модели поведения. Сегодня сложно найти общий язык с молодыми людьми с помощью традиционных СМИ, никто из них уже не смотрит телевизор. И если я буду подавать хороший пример и доносить нужную информацию, то больше шансов, что они ко мне прислушаются.

Ты являешься, пожалуй, единственным артистом, кому довелось стать участником всех десяти фестивалей Global Gathering. Какой самый запоминающийся момент у тебя связан с этим мероприятием?
Каждый год Global Gathering оставляет у меня различные эмоции и впечатления. Но один день мне запомнился больше всех. В Великобритании существует подразделение королевской авиации, которое называется «Красные стрелы». И вот однажды они пролетели над толпой, разукрасив небо в различные цвета – это было незабываемо, особенно когда перед тобой танцуют тысячи людей и под звуки музыки буквально касаются руками фюзеляжей самолётов. Подобное, я слышал, происходит и в России.

Можно ли утверждать, что музыка развивается циклично, т.е., например, бум транса конца 90-х годов через несколько лет может повториться?
Сегодня музыка находится на том этапе эволюции, когда стили смешиваются друг с другом. К примеру, в поп-музыке можно услышать и элементы транса, и элементы дабстепа, и даже элементы драм-энд-бэйса. В любом случае для меня транс до сих пор остаётся на первом месте с тех пор, как произошёл взрыв его популярности. Разница в том, что сегодня он уже вобрал в себя элементы других музыкальных стилей.

Ты дипломированный юрист. Почему ты решил изменить своей профессии, и помогает ли юридическое образование в твоей нынешней деятельности?
В моей ситуации, когда я уже добился больших успехов в диджеинге, было бы глупым бросить музыку и начать делать карьеру в другой области, даже несмотря на полученное образование. Люди редко становятся профессиональными диджеями, у большинства из них сведение пластинок – это скорее хобби, нежели источник стабильного дохода. У меня же всё вышло наоборот. А юриспруденция стала большим подспорьем в повседневной жизни, в частности, при составлении контрактов.

Расскажи о работе над треками, в записи которых участие принимала твоя жена Аманда (Amanda). Весьма необычное сотрудничество, не правда ли?
Немного не так. Мы планировали записать несколько совместных работ, но в тот момент у нас как раз родились двое беспокойных малышей, а это, поверьте, сильно отвлекает от работы. У Аманды хорошо поставлен голос, но сейчас на творчество просто не хватает времени, поэтому порой мы спрашиваем друг друга: «И почему мы не решили сделать этого раньше?»

Имея за плечами богатый опыт в творчестве и музыкальном бизнесе, не задумывался ли ты написать автобиографическую повесть, как когда-то это сделал Лоран Гарнье (Laurent Garnier)?
Не исключено, что такое может произойти. На своём интернет-сайте я веду дневник, куда каждый месяц пишу какие-то заметки. В будущем они смогут вполне стать основой для моей будущей автобиографии. Но моя проблема заключается в том, что я часто хочу рассказать какую-нибудь историю, но не могу её красочно и интересно преподнести читателю.

Мне известно, что ты ярый болельщик футбольного клуба «Арсенал». Как ты относишься к приходу русских в английский профессиональный футбол, в частности, Андрея Аршавина и Романа Абрамовича?
Роман Абрамович вложил огромные деньги в «Челси», тем самым спас клуб от разорения и вдохнул в него уверенность в будущем. Подобную ситуацию можно было наблюдать с королевской семьёй Саудовской Аравии, когда её представители в 2008 году помогли клубу «Манчестер Сити». Но это относится не столько к профессиональному футболу, сколько к финансам. В любом случае, все им благодарны за такой поступок. Вклад Абрамовича в возрождение интереса к английской футбольной лиге неоценим. Но спортивным чиновникам и менеджменту клубов стоит серьёзно задуматься о том, чтобы английские клубы не зависели от внешних источников и стали самоокупаемыми. Что касается Андрея Аршавина, то я считаю его отличным игроком, на игру которого всегда приятно смотреть.

В 2008 году тебе удалось выпустить собственную линию одежды под названием «Heroes and Villains». Расскажи о ней.
Ещё в 2005 году я пытался создать узнаваемый бренд с собственным дизайном и стилем одежды и даже устраивал специальные вечеринки, призванные его разрекламировать. Но у меня никогда не было опыта в этой сфере, поэтому в 2008 году я связался с одним из производителей одежды, представители которого помогли мне создать две собственных коллекции. На подходе уже третья, так что дела в этом направлении у меня идут успешно.

За всю свою жизнь у тебя наверняка скопились тысячи виниловых пластинок. Никогда не думал их оцифровать?
Когда-нибудь я их переведу в цифровой формат, но на это нужно уйму времени. На сегодняшний день у меня оцифровано уже около 30% коллекции, но когда я завершу этот процесс – одному Богу известно.

Что ж, Джадж, большое спасибо за столько откровенные и подробные ответы.
Тебе тоже спасибо за столь интересные вопросы. До встречи на вечеринке!
  • РЕЙТИНГ

  • РАССКАЖИ ДРУЗЬЯМ


1 комментарий

Зарегистрируйтесь Или войдите на сайт чтобы оставить комментарий

Обзоры оборудования